«Офисная хирургия». Как сегодня оперируют геморрой и почему это почти незаметно для пациента?

«Офисная хирургия». Как сегодня оперируют геморрой и почему это почти незаметно для пациента?

Малоинвазивные методики позволяют снести травматичность к минимуму

Многих, кто столкнулся с проблемой геморроя, пугает идея похода к врачу. Конечно, самый большой страх внушают мысли о необходимой операции. Но сегодняшние методы совсем не похожи на те «страшные» операции, которые проводили в прошлом веке, говорит заведующий отделением проктологии клиники «Добрый доктор» Дмитрий Игоревич Шаляпин.

О том, как сегодня лечат геморрой хирургическим путем и почему пациенту почти не приходится страдать и восстанавливаться, - в нашем интервью.

— Дмитрий Игоревич, геморрой сегодня лечат не только хирургически, но и препаратами. В каких случаях операция неизбежна?

— Начнём с того, что показания к операции могут быть относительными и абсолютными. Например, операция показана при рецидивирующих геморроидальных кровотечениях. Но это, пожалуй, единственное абсолютное показание, которое требует неотложного хирургического вмешательства. Особенно, если на фоне кровотечения идет снижение уровня гемоглобина.

Но в целом мы сегодня придерживаемся такой политики, что важна не столько степень геморроя, сколько выраженность жалоб. Геморрой напрямую не угрожает жизни человека — это вопрос качества жизни. Поэтому нам важно, насколько эта проблема беспокоит конкретного пациента. Он сам решает, делать операцию или нет. Если он готов улучшить свое качество жизни и избавиться от недуга, то мы уже переходим к обсуждению, выбираем методику.

— Насколько современная проктологическая хирургия отличается от той, что была раньше? Какие новые технологии вы используете сегодня?

— Разница огромная. Раньше все операции были примерно одинаковые, их называли инцизионными. Это было хирургическое удаление геморроидальных узлов с помощью скальпеля, что для пациента сопровождалось сильными болями и долгим послеоперационным периодом. Человек на долгий срок терял трудоспособность и вынужден был лежать в стационаре.

Сегодня такие серьезные операции выполняют гораздо реже — не больше 15-20% от всех случаев. В основном они выполняются на запущенных стадиях, когда другие методы уже не подходят.

Основной же наш арсенал сегодня — это малоинвазивные методики, из которых наиболее современная и перспективная — лазерная вапоризация геморроидальных узлов. Если говорить простыми словами, это похоже на то, как лечат варикоз, «запаивая» вены. У нас есть специальный лазер, который подаёт мощный поток энергии через очень тонкий световод. Мы делаем небольшой прокол кожи, заводим световод и «выпариваем» узел изнутри. При этом мы не повреждаем слизистую оболочку и не делаем никаких разрезов: таким образом мы значительно снижаем болевой синдром. Конечно, операция проходит под наркозом.

— Как долго человеку нужно восстанавливается после такой малоинвазивной операции?

— Болевой синдром после неё либо минимальный, либо отсутствует вовсе. Современные малоинвазивные методики — это отсутствие для пациента периода реабилитации как такового. Все делается в рамках поликтики «хирургии одного дня». Мы, конечно, рекомендуем пациентам переночевать в стационаре после операции, но в целом весь процесс, включая саму операцию и наблюдение, занимает не больше 1-2 суток.

У нас даже есть такой термин — «офисная хирургия». Это означает, что человек практически без отрыва от привычной жизни может прийти к нам, сделать операцию и уже в ближайшее время вернуться к своим делам, к работе. Ограничения, конечно, есть, но они практически никак не нарушают комфорт человека.

Это наша главная цель — минимизировать травматичность и сделать процесс лечения максимально комфортным для пациента.

— Я так понимаю, есть и другие малоинвазивные методики?

— Есть, но это уже работа врача — подойти индивидуально к пациенту, объективно оценить все нюансы и подобрать наиболее подходящий способ.

— Вы сказали, что «классические» операции, пусть и редко, но до сих пор выполняют. Это так же тяжело для пациентов?

— Благодаря современным технологиям процесс изменился. Сегодня при геморроидэктомии активно применяется лазер. Конечно, это совершенно другой травматизм и другой период реабилитации, если сравнивать с малоинвазивными методиками, но все равно не так страшно, как было в прошлом.

Еще раз подчеркну, что такие серьезные операции делаются только в запущенных случаях. Поэтому, чтобы вам не пришлось ее проводить, как можно раньше обратитесь к врачу в случае появления жалоб. При раннем обращении все можно исправить малоинвазивным методом, который вы практически не заметите.

— Есть ли у пациентов страх перед операцией?

— Я бы не сказал, что они сильно боятся — вполне охотно идут на операцию. Могу сказать, что из-за деликатности проблемы пациенты сегодня требовательны к выбору лечащего врача.

Наша клиника оснащена самым современным оборудованием — все есть и для комфортного приема, и для лечения любого уровня сложности. У нас нет очередей, а опытные специалисты оказывают максимум внимания каждому. Задача — индивидуально подобрать наиболее подходящий метод, настроить человека на лечение.

Отмечу, что работает целая команда специалистов. Это не только проктологи, но также анестезиологи и операционные сестры. Все таки хирургия — это коллективный труд. Мы всегда держим высокую планку оказания помощи.

— Какой главный симптом должен заставить человека как можно скорее прийти на прием к проктологу?

— Самый главный симптом — выделение крови. Даже если оно небольшое — каждый день идет по капельке, а человек его не ощущает. Если это будет продолжаться месяц, два, три, то начнется снижение гемоглобина, а пациент уже попадет к нам в неотложном формате. И тут нужно будет не только хирургическое лечение, но и переливание крови.

Отмечу также, что важно не только прийти, но и прислушиваться к рекомендациям проктолога сделать колоноскопию. Например, как-то ко мне обратилась довольно молодая пациентка, сама врач. У нее был небольшой геморрой, немного подкравливал. Я с большим трудом уговорил ее пройти колоноскопию. В итоге у нее нашли раковую опухоль правых отделов толстой кишки. Хотя казалось бы — и возраст молодой, и причина кровотечения очевидна, но если бы не было колоноскопии, онкозаболевание развилось бы до поздних стадий. А так своевременно назначенное обследование спасло человеку жизнь.

Так что не отказывайтесь, если проктолог предлагает вам пройти колоноскопию. В 5 из 100 проведенных обследований обнаруживают полипа, а еще в 5 — рак. Да, эта процедура не самая приятная, но у нас она проводится под наркозом, на хорошем оборудовании, и это даёт пациенту уверенность, что с его здоровьем всё в порядке.

— Как человеку, который уже даже привык жить с дискомфортом, решиться на визит к проктологу?

— Я хочу подчеркнуть два ключевых момента. Первый — это низкая травматичность современных методов. И второй — их полная радикальность. Мы добиваемся такого же результата, как при «страшных» классических операциях, но делаем это менее травматично за счёт современного оборудования. Поэтому не надо бояться, не надо затягивать. Надо показываться врачу и быть здоровыми.